gavrasRT

English (United Kingdom)Russian (CIS)

mesoeurazia little banner 02a

Каким должен быть герб Крыма?
 
Княжество Феодоро

По пещерным обителям Таврики

(Cудовой журнал с корабля «Оdyssey»)

Место действия – Куэсты Внутренней гряды – Бахчисарай –Баштановка – Малое Садовое
Участники – турклуб и экспедиционный корпус «ODYSSEY», (дневник пилигрима)
Дата: 10-12 сентября 2005 г.

«… Я слышал с неба зов:
«Покинь, служитель, храм украшенный бесов»
И я бежал – и ем в пределах Фиваиды
Молчанья дикий мёд и жёсткие акриды…»
Вячеслав Иванов

Таврикой – «горной страной» - в средние века называли Крымский полуостров, а в древности он назывался Таврида, что означает то же самое. Крым – слово тюркское и означает «ров», это название появилось лишь в XIV веке и бытовало только среди мусульман параллельно с первым. В XVIII в., после того как полуостров вернулся в лоно славяно-русской цивилизации, Екатерина II вернула ему историческое название, - в 1783 г. была учреждена Таврическая область, а с 1802 г. – губерния. С этого времени Православие стало возвращаться в свою русскую колыбель, на свои исконные земли, - в Херсонес и прочие обители, существовавшие ещё в дотатарские времена (татары вторглись в Таврику в XIII в.), начиная с первых веков по Рождеству Христову.

История христианства на Таврическом полуострове неразрывно связанна с Восточной Римской империей – Византией. После того, как император Константин «легализовал» в 313 г. Миланским эдиктом новое учение, оно стало быстро распространяться по всей территории огромной империи, тем более что мощные «подпольные» общины повсюду существовали со времён апостолов. Вскоре после этого, в 325 г., в Никее (совр. Изник в Турции) был проведён I Вселенский Собор, председательствуемый самим Константином, на котором был утверждён основной канон Ортодоксальной христианской церкви и принят догмат о Троице. На соборе, среди более чем трёхсот епископов со всех концов Империи, присутствовали и представители христианских общин Таврики, - это Кадм Боспорский из Пантикапея (совр. Керчь) и Филипп Херсонский из Херсонеса (совр. Севастополь). В 326 г., через год после Собора, в городе Бизантий, у пролива Боспор Фракийский (совр. Босфор), закладывается первый камень Нового Рима и к окончанию постройки, в 330 г., туда переносится столица Римской империи. В дальнейшем город называют Константинополь. Почти все последующие Вселенские Соборы и поместные синоды проходили в новой столице, ставшей могущественной Византийской империи (кроме IV-го Эфесского и VII-го Никейского). На них дорабатывались основные каноны и Апостольские правила Ортодоксальной каф(т)олической («вселенской») христианской церкви, получившей у восточных и южных славян наименование – Православная.

Впервые Благую Весть на берега Тавриды, так же, как и в Бизантий, будущий Константинополь, принёс святой апостол Андрей Первозванный, именно ему выпала по жребию Скифия, как тогда называли Южнорусские степи северного Причерноморья. В те времена, около 60 г. н.э., население этих краёв было неоднородным, - по степям Понтиды кочевали сарматские племена русколан (русов), на территориях Нижнего Поднепровья и степной Тавриды до предгорий Внутренней и Внешней гряд располагалась «Малая Скифия», - государство тавроскифов-славян со столицей Неаполис-Новгород (совр. Симферополь). Главная и Внутренняя гряды были населены индоарийскими племенами тавров. На западе полуострова – эллинское Херсонесское государство, на востоке Боспорское царство со столицей Пантикапей, населённое сарматами (аорсами), эллинами, а также индоариями - (с)индами и меотами. По побережью существовали древнегреческие города-полисы, входившие в состав этих двух государств. Религиозные культы были самые разнообразные, но в основном представлявшие собой смесь местных с эллинскими, у русколан – ведические, так что задача у апостола Андрея стояла непростая.

По преданиям и согласно археологическим данным, путь Святого Апостола был примерно таков: после посещения Абхазии (Диоскуриада-Себастополис (совр. Сухуми), он пересёк Центральный Кавказский хребет и посетил главный священный город Русколани – Кияр в Приэльбрусье. Оттуда направился к устью Дона в город Танаис (район Таганрога), после по Меотиде (Азовскому морю) проследовал в Пантикапей, - именно здесь была основана самая первая христианская община в Тавриде, выросшая в мощную епархию к VIII-му веку. Здесь же, в Керчи, и поныне существует византийский храм Иоанна Предтечи – первого учителя Андрея Первозванного (единственный в Украине и России), возведённый на месте епархиальной базилики, которая в свою очередь возникла на месте первой «сионской горницы», где проповедовал впервые Святой Апостол. Далее путь лежал в Феодосию, входившую в состав Боспорского царства, потом следуя вдоль берега апостол попал в священный город русов Сурож-Афинион (совр. Судак), основанный согласно «Книге Велеса» ими ещё в VIII в. до н.э. Далее путь лежал по горным кряжам вдоль массива Караби к целебному источнику у водопада Джур-джур (совр. пос. Генеральское), там Апостол какое-то время проповедовал, и к Х в., на этом месте появился одноимённый монастырь на святом источнике Ай-Андрий («святой Андрей», греч.). Перевалив через массив Демирджи и пройдя Долиной Красных пещер, апостол Андрей очутился в столице Тавроскифии – Неаполисе-Новгороде. Конечным пунктом миссионерского маршрута на полуострове был эллинский город-полис Херсонес, где почитали местную богиню тавров Деву. Именно в храме Девы, который был в естественной карстовой пещере, известной как «пещера Парфенон» и проводил свои тайные проповеди святой апостол Андрей Первозванный. И в римское время при гонениях на христиан здесь продолжались богослужения, а в VI в., в эпоху наивысшего расцвета Византии при Юстиниане Великом, Таврика была периферией огромной империи, здесь существовал уже храм Пресвятой Богородицы, а в пещере усыпальница-мортирий с захоронениями местных святых. В Херсонесе в 987 г. был крещён Киевский князь Владимир Красно Солнышко, крестивший через год всю Русь. Везде, где проповедовал Святой Апостол, утвердились христианские общины, прошедшие за века через все суровые испытания, неся свет Истины местным народам.

Четыре года рабского труда не сломили святого, он продолжал проповедовать учение Христа, высек самый первый пещерный храм в скале, где позднее появился большой монастырь Св.Георгия, и написал послание Коринфянам, входившее поначалу в Новый Завет. Мученическая кончина ждала Святого Климента, он был утоплен с якорем на шее в 101 г. в районе Казачьей бухты совр. Севастополя. Мощи его раз в год появлялись на островке нетленными, привлекая тысячи паломников. В 861-м году Константин Философ (Св. Кирилл) «обрёл» мощи, часть оставив в Херсонесе, а часть увезя в Рим. В 988 году князь Владимир после крещения увёз в Киев часть христианских святынь из Корсуня-Херсонеса, и среди них главу мироточивую Св. Климента (сейчас хранится в Дальних пещерах Киево-Печерской лавры, продолжая мироточить). В VI в. Инкерманская долина входила в зону влияния византийского Херсона и здесь начали появляться отшельники, позднее, к VIII веку, вокруг святых мест и келий отшельников начали группироваться киновии-общежития и монастыри. Это было место первых пещерных христианских культовых сооружений в Таврике. К XI-XIII вв. это была уже настоящая «Фиваида» с тремя монастырями – в Монастырской, Загайтанской и Каменоломенной скалах, несколькими киновиями и множеством келий отшельников. Монахи поступали по примеру первых христиан Египта, уходивших в пустыню в районе древних Фив – Фиваиду. Благодаря такому скоплению монастырей долина со временем должна была стать Таврическим Афоном, чему помешало вторжение татар, а после, в 1475 г., по их «запросу» экспансия турков-осман, на 299 лет оккупировавших полуостров.

В этих же местах на ниве христианства потрудился ещё один святой апостольских времён. Это был третий наставник-епископ христианской общины Рима – Святой Климент, объявленный позднее первым Папой Римским. Он был рукоположен самим апостолом Петром, младшим братом апостола Андрея, в сан настоятеля молодой римской общины. За проповеди был сослан в 97 г. н.э. на дальнюю периферию Римской империи – в Тавриду работать на каменоломнях недалеко от Херсонеса (в совр. Инкерман). Вместе с ним в добровольное изгнание отправилось более тысячи христиан и ещё тысяча уже трудилась на каменоломнях.

 

 

 

 

 

В VI в. в Таврике единственной религией было Православие, исповедовалось оно на греческом языке, духовенство в основном было из Византии, языком местного общения был греческий, поэтому население полуострова, как и жителей самой империи, называли греками. Главным государственным и духовным центром был Херсон, как в средневековье называли Херсонес. К VIII в. количество монастырей и число общин настолько увеличилось, что возникла необходимость их разделить на пять епархий с епископами во главе. Это были – Херсонская епархия с архиепископом, которому подчинялись остальные, включавшая Гераклейский п-ов и часть Южного берега до крепости Горзувиты (совр. пос. Гурзуф), Готфская епархия с центром на Медведь-горе у пос. Партенит (позднее перенесён на Мангуп), включавшая Южный берег до крепости Алустон (совр. Алушта), Главную и Внутреннюю гряду до реки Бельбек. Севернее и северо-восточнее этой реки располагалась Фулльская епархия с центром в городе Фуллы (предположительно пещерный город Тепе-кермен), ещё восточнее была Сугдейская епархия с центром в Сугдее-Суроже (совр. Судак). И последняя – Боспорская епархия с центром в городе Боспор-Корчев (совр. Керчь), включавшая также и весь Таманский п-ов с восточным Приазовьем. В это время двумя из пяти епархий управляли епископы, причисленные после смерти к лику святых, - Св. Стефан Сурожский и тавроскиф (славянин) Иоанн Готфский. Этот выдающийся человек в своей резиденции – монастыре Константина и Елены на Медведь-горе, впервые создал русскую азбуку и перевёл на славянский язык Псалтырь и Евангелие, примерно через восемьдесят лет эти богослужебные книги будут подарены на русском подворье Константину Философу (Св. Кириллу), зимовавшему в Херсоне в 860-61 гг.

В VIII-м в. в Византии происходили грандиозные церковные смуты. На этот раз они были связанны с культом почитания икон, хотя это был только повод. Церкви и монастыри к тому времени скопили непомерные богатства, император Лев III Исавр, желая их «раскулачить», поддержал требования некоторых церковных иерархов, выступивших против иконопочитания, как идолопоклонничества. В 730 г. император законодательно отменил культ икон. Это позволило ему прибрать к рукам огромные богатства и монастырские земли «несогласных». Разорённые монахи бежали в дальние уголки империи – в Болгарию, на Кавказ, в Таврику. В 741 г. новым императором, Константином V Копронимом, иконоборчество было утверждено на поместном  синоде (соборе), что усилило гонение на иконопочитателей. Таврика, как писал византийский епископ Св. Феодор Студит, явилась «убежищем ради духовного спасения». Здесь в это время как следствие появляются пещерные монастыри. На тот период полуостров был под двойным хазарско-византийским управлением. Иоанн Готфский организует движение сопротивления хазарам в «пещерных городах» Внутренней гряды. Когда начались иконоборческие гонения, епископ Готфии быстро отреагировал и отправился в Константинополь. Там он встретился с императрицей Ириной и, после долгой беседы, уговорил её собрать Вселенский собор в защиту иконопочитания, и не где-нибудь, а в Никее, откуда всё начиналось, что придало бы ему особый статус. Так в 787 г. был проведён в Никее VII Вселенский Собор, на котором временно был утверждён культ икон (потом начались снова гонения и только поместный синод в 843 г. утвердил его окончательно). Сам инициатор Собора, Иоанн Готфский, на нём не присутствовал, так как, будучи идейным вождём, возглавил антихазарское восстание в Таврике, начавшееся в этот же год.

В средневековье вся Внутренняя гряда, состоящая из волнообразных куэстовых  гор – столовых плато с неравными склонами и каменными шапками, носила название «Климаты» (ударение на «а») или «Готфские Климаты», что по-гречески означает – «склоны». В III в. в Причерноморье и на полуостров вторглись племена остготского союза, в который входили также и сармато-аланы (русы), гето-даки и славяне. Часть этого пёстрого конгломерата осела в Климатах, основав там в V в. своё государство, известное как «Страна Дори» с главным городом Дорос на Мангуп-кале. Об этом пишет военный хронограф византийского полководца Велизария Прокопий Кесарийский в своём «Трактате о постройках», где прославляется император Юстиниан I, как великий фортификатор, укреплявший границы необъятного государства. В этом трактате упоминается «страна по имени Дори, где с давних времён живут готы», а также говорится, что император отгородил их, своих федератов-союзников, от внешних врагов «длинными стенами». Об этом же повествует и литовский митрополит Богуш Сестренцевич, живший в XVIII в. – «…в конце IV века …колено готов, гонимое гуннами, проникло сквозь неприступные теснины гор и основало в оных республику, известную под именем княжества Трапезитских Готов, государи коих жили в Мангупе». Как выше упоминалось, собственно готы-германцы только объединили и возглавили союз разных племён Причерноморья, и, судя по результатам современных исследований, не были преобладающим этническим элементом в горной Таврике, однако, в раннем средневековье Климаты стали именоваться «готфскими», а юго-западная часть полуострова, включая частично Южный берег, - «Готией» или «Готфией». Примерно в это время в горной Таврике возникают так называемые «пещерные города», - феодальные центры, замки-убежища, монастыри, с жилыми и хозяйственными помещениями, выдолбленными в скальных шапках куэст Внутренней гряды. На перевалах возникают «клисуры», - небольшие крепости, обороняющие проходы в горах.

Сам термин «пещерные города» исследователи ввели ещё в XIX в., а первые описания появились в XVIII после присоединения полуострова к России. Тавриду тогда посещали, как исследователи-профессионалы (П.Паллас, П.Кёппен, К.Габлиц), так и путешественники-дилетанты (П.Сумароков, И.Муравьёв-Апостол, Э.Кларк, Ф.Дюбуа де Монпере). Если первые стремились к точным описаниям и строго обоснованным историческим выводам, то вторые спешили поделиться своими восторженными впечатлениями, простодушно подкрепляя их более или менее вольными историческими экскурсами. Поэтому понятие «пещерные города» возникло само собой, породив немало фантастических теорий относительно их происхождения. До сих пор открытым остаётся вопрос, кто же являлся создателем этой системы обороны, чьими руками и в течение какого времени построено такое количество фортификационных сооружений. Эти крепости, замки и монастыри, сегодня безмолвные и пустынные, когда-то кипели жизнью, оставившей следы в виде руин зданий, обломков гончарных сосудов, поржавевших железных орудий. Но лучше всего сохранились рукотворные пещерные комплексы – крипты, благодаря которым и возник экзотический термин. Теорий о происхождении было много. Одни полагали, что наличие таинственных и загадочных пещер, наводит на мысль о каком-то особом диком народе троглодитов, носителей традиции пещерожительства, укрывавшемся некогда в этих «развёрстых тёмных зёвах, угрюмо глядящих с высот известняковых скал на окружающие долины». Однако первые исследования, проведённые на Мангупе ещё в 1853 г., перед Крымской войной, показали, что «пещерные города», - это результат военно-инженерной деятельности византийцев, стремившихся защитить свои дальние границы от вражеских набегов, о чём писал Прокопий Кесарийский. Было выдвинуто предположение, что это и есть «длинные стены», протянувшиеся по линии Внутренней гряды, образуя укреплённый оборонительный рубеж.

На сегодняшний день практически все «пещерные города» затронуты раскопками, которые показали, что не все они относятся к юстиниановскому времени, да и вообще к камому-либо узкому периоду. Не все они являются «городами» в социально-экономическом значении этого слова. Таковыми можно назвать только три – Мангуп, Эски-кермен и Чуфут-кале, - это были настоящие крепости со значительным гарнизоном, способные защищать горные долины, их территория могла позволить находиться там достаточным для обороны окрестностей воинским контингентам. Остальные городища или вообще не имели фортификаций или же по своим размерам могли быть лишь укреплёнными убежищами и замками, дававшими укрытие обитателям округи, но не способных защитить окрестности. Таких было большинство, - это Тепе-кермен и Кыз-кермен, наибольшие по территории и количеству крипт поселения, сегодня ряд учёных склонны относить их к городам, а также Бакла, Сюйрень, Бурун-кая, Фыцки. Все они возникли в результате развития феодальных отношений в среде смешанного населения горной Таврики. Процесс этот развивался медленно и в основном закончился к X–XI вв. На протяжении почти полутысячелетия формировались центры ремесла и торговли, резиденции феодальной администрации, монашеские обители, поселения мирных земледельцев. Особой категорией религиозно-феодальных комплексов являются шесть пещерных монастырей, - Святого Климента в Инкермане, Челтер-мармара и Шулдан в Терновке, Челтер-коба, Качи-кальон и Успенский Скит, к трём последним из которых, и лежал наш путь.

10 сентября, суббота, день первый. Погода была тёплой и пасмурной, когда шестеро пилигримов сошли по станции Бахчисарай. «Таврическая Альгамбра» встретила заунывным призывом правоверных на молитву в ближайшей мечети. За считанные минуты маршрутка нас перебросила с вокзала в предместье Салачик, - из XXI-го в XV-й век. За эти несколько минут мы успели увидеть Старый город, притаившийся в каньоне, с его мечетями, Ханским дворцом, памятником Пушкину, воспевшему фонтан Сельсебиль, старинными татарскими домиками, сохранившими свой облик со времён Крымских ханов, величественными мавзолеями некогда грозных правителей. Ну вот и Салачик-Староселье.   Именно отсюда начинался Бахчисарай – ставка ханов из рода Гераев. В результате жестокой междоусобной войны в Золотой Орде, татары, некогда вторгшиеся в Тавриду, объявили о своей независимости в 1443 г. Правитель Хаджи Девлет-Герай объявил себя ханом и со своим войском дал бой Орде под городом Кърым (совр. Старый Крым), бывшем тогда столицей татарских владений на полуострове. Несмотря на благополучный для него исход битвы победа в войне была далеко не полной, и хан вынужден был со своими людьми укрыться в горах и сделать своей ставкой пещерный город Кырк-ор. Только после того, как турки-османы, захватив полуостров в 1475 г., «помогли» утвердиться молодому ханству, потребовав за это полной вассальной зависимости, татары спустились вниз в долину и вскоре там появился самый первый Ханский дворец. В последствии эта долина получила название Ашлама-дере, а поселение – Салачик или Староселье. Сам Бахчисарай появился чуть ближе к степи в середине XVI в., после того, как с помощью всё тех же турок-османов войско Золотой Орды было разбито под Судаком, а столица Сарай захвачена и сожжена.

Выйдя из маршрутки, мы направились к каменному кресту, знаменующему собой начало дороги на «Таврический Афон» - пещерный монастырь Успенский Скит. Справа скальная шапка куэсты, слева через долину Марьям-дере такая же скала, дорога забетонирована поэтому, несмотря на подъём идти легко. На всём пути до самой пещерной крепости встречаются торговцы сувенирами и горными травами, снуют туда-сюда группы экскурсантов. А вот и он! Монастырь расположился в три яруса на террасах – вверху пещерный храм с фресками прямо на скале, посредине торговая точка и дом настоятеля у святого источника Марии, внизу подворье с многочисленными постройками. Сегодня в монастыре Успения Пресвятой Богородицы живёт около семидесяти насельников, похоже, что скоро скит станет лаврой в Полуденном краю. Возникла эта обитель, как и все прочие пещерные монастыри Таврики в VIII-IX вв., а к XIV-XV вв. – это был уже крупный монастырь, известный далеко за пределами полуострова.

Первое упоминание о нём относится к этому же веку, в связи с появлением Чудотворной иконы Успения Богородицы. В этот период все окрестные греки жили в ущелье под Монастырём в поселении Мариамполь. К XVI в. это было сосредоточие Христовой веры в самом сердце Крымского ханства. Монастырь постоянно субсидировался российскими царями, и в нём находился митрополит Таврической епархии. Крымские ханы с большим уважением относились к монастырю, и даже приходили за благословением к настоятелю перед очередным походом. В 1778 году по приказу Екатерины II всё православное население Тавриды было выселено в Южнорусские степи. Руководил операцией А.В. Суворов. Таким образом, Россия надеялась подорвать экономику Крымского ханства. Армян выселили в устье Дона, а греков в Приазовье. Они захватили с собой туда Чудотворную икону и основали поселение с тем же названием, что и в ущелье (сейчас город Мариуполь на Донбассе). Татары тут же нашли другую икону Божьей Матери и водрузили её на месте прежней. В середине XIX века, во время Крымской войны 1853-56 г.  при первой обороне Севастополя, здесь находился госпиталь. Обозы с ранеными стягивались в это тихое место, затерянное в скалах. Умерших хоронили тут же в ущелье. С тех времён сохранилось Братское кладбище.

После Крымской войны настоятелем Монастыря стал отец Иннокентий (Борисов). Энциклопедически образованный, широчайшей души, с великолепным талантом организатора, человек мощного духа – настоящий Христов подвижник. Он был одержим идеей духовного возрождения в Таврической губернии на базе Успенского монастыря, который под его началом превратился в настоящий Таврический Афон. Монастырю был придан статус скита, и к нему были приписаны ещё четыре святыни, возрождённые и превратившиеся в киновии. Это были: монастырь Святого Климента в Инкермане, Краснокаменский в Отузской долине под Коктебелем, Космодамиановский, затерянный в лесах Бабуган-яйлы, и Кетерлезский под Керчью. Подворьем же был скит Святой Анастасии пещерного монастыря Качи-кальон в долине реки Кача, куда лежал наш путь. После 1921 года все они были ликвидированы Советской властью. Сегодня Успенский Скит это святыня для христиан и мусульман, сотни людей обеих религий стекаются сюда 28-го августа – в день Успения Богородицы.

После Крымской войны настоятелем Монастыря стал отец Иннокентий (Борисов). Энциклопедически образованный, широчайшей души, с великолепным талантом организатора, человек мощного духа – настоящий Христов подвижник. Он был одержим идеей духовного возрождения в Таврической губернии на базе Успенского монастыря, который под его началом превратился в настоящий Таврический Афон. Монастырю был придан статус скита, и к нему были приписаны ещё четыре святыни, возрождённые и превратившиеся в киновии. Это были: монастырь Святого Климента в Инкермане, Краснокаменский в Отузской долине под Коктебелем, Космодамиановский, затерянный в лесах Бабуган-яйлы, и Кетерлезский под Керчью. Подворьем же был скит Святой Анастасии пещерного монастыря Качи-кальон в долине реки Кача, куда лежал наш путь. После 1921 года все они были ликвидированы Советской властью. Сегодня Успенский Скит это святыня для христиан и мусульман, сотни людей обеих религий стекаются сюда 28-го августа – в день Успения Богородицы.

Помолившись, купив свечей и набрав воды в Святом источнике, мы двинулись дальше. Сразу за домом настоятеля от дороги вправо круто вверх уходит тропа к скальной шапке. Подъём с непривычки дался тяжело, но занял не более десяти минут. Теперь мы стояли перед «лестницей в Небеса», - это единственный проход в скалах наверх. Лестницу вырубили ещё тавры около трёх тысяч лет назад, жившие в ту эпоху на плато над нами. Вот мы и наверху, кругом прекрасные виды на окрестности.

На соседнем плато расположилось пещерное городище Чуфут-кале – «еврейская крепость», под ним в долине Йософат (вторая с таким же названием после Иерусалимской) кладбище караимов. Это был тюркоязычный народ потомки хазар, которые исповедовали ортодоксальный, а не раввинистический иудаизм, и признавали только Тору – Пятикнижье Моисея.

 

Они пришли сюда вместе с татарами в XIV в. и поселились за стенами крепости Кырк-ор, отгородив себя от внешнего мира стеной. Так возникла «Двойная крепость» - Джуфт-кале, превратившаяся в «еврейскую» после ухода татар вниз. Но татары были здесь далеко не первыми. Со времён вторжения в Тавриду войск остготского союза в этих местах осели сармато-аланы (русы), они основали Кырк-ор и множество других цитаделей. К XII веку уже известно аланское православное Кыркорское княжество, расположенное между реками Альма и Бельбек (именно эту территорию занимало позже молодое Крымское ханство). В религиозно-административном смысле это была территория Фулльской епархии, сами Фуллы находились отсюда всего в восьми километрах (если верно предположение, что это городище Кыз-кермен). Название княжества переводится с тюркского, как «Сорокоградье», что говорит о множестве поселений на его территории. В 1253 г. монах-католик Гильом Рубрук, посланный французским королём Людовиком Святым с дипломатической миссией в Татарию, писал: «…между Херсонесом и Солдайею (совр. Судак) находится около сорока замков, из коих каждый имеет особое наречие».

Наверху мы сделали короткий привал, необходимо было «привязаться к местности» и взять правильный азимут для дальнейшего движения. С плато хорошо просматривалось ущелье Ашлама-дере, где некогда и располагался самый первый дворец ханов. Теперь же можно полюбоваться хорошо сохранившимся зданием духовного училища – Зинджирли-медресе и мавзолеем-дюрбе двух первых Крымских ханов – Хаджи и Менгли Гераев; оба памятника относятся к 1500-1501 гг. Поев сухофруктов с «тибетским напитком», начали основной переход по направлению к ущелью Таш-Аир. Под морось дождика преодолели душистую можжевеловую рощу, пару каменистых лощин, чуть было не сбившись с пути, и, наконец, «легли на правильный курс». На коротком привале у горы Бешик-тау (тюрк. «колыбель»)  переждали дождь и двинулись дальше, оставив по левую руку длинный язык скалы с руинами городища Кыз-кермен наверху. По ровному шлось хорошо и даже весело, дорога была накатанной грунтовкой. Не заметили, как очутились у тальвега (начала спуска) в ущелье Таш-Аир. По нему шли в полной тишине, не нарушая таинственного безмолвия Берендеева царства. Вот ущелье закончилось, и мы вышли на большую поляну с татарским фонтаном-чешме и шалманом, где подают чай и чебуреки. Эти прелести жизни мы отложили на потом, а прежде всего предстояло осмотреть стоянку древнего человека неподалёку под скальным навесом.
 
Судя по археологическим данным, свыше двадцати тысяч лет тому назад в естественных гротах Качинского каньона уже обитали люди. Кремневые орудия труда, обуглившиеся в огне кости животных эпохи позднего палеолита (XХХ-X тыс. до н.э.) были обнаружены около ста лет назад К.С.Мережковским. Раскопки тогда проводились под скальным навесом у шоссейной дороги в километре от Таш-Аира. Эта стоянка известна сейчас всему научному миру, как Качинский навес. Наш же объект осмотра относится к чуть более позднему времени – периоду мезолит, по словам археолога А.В.Арциховского, это была «эпоха освоения территорий, до того необитаемых». Мировую известность Таш-Аир получил благодаря более поздней наскальной росписи, выполненной растёртой на животном жире натуральной красной охрой. В настоящее время от росписи, которая некогда занимала около 15 кв.м, сохранились три отдельных монофигурных фрагмента, изображающих какие-то военные события. Характер трактовки человеческих фигур и орудий труда позволяет отнести Таш-Аирскую роспись к памятникам так называемой Кеми-обинской культуры, существовавшей на полуострове, в III-II тыс. до н.э., и являвшейся предшественницей культуры тавров.


Полакомившись чебуреками, попив травяного чая с парвардой (прессованная сахарная пудра) и набрав в чешме горной воды, мы вышли на шоссе, идущему вдоль каньона речки Кача, и взяли курс к пещерному монастырю Качи-кальон. До него было не более километра ходу на восток. Слева по ходу нависал отдельный скальный массив с плоской вершиной, в средневековье там находилось неукреплённое поселение Фыцки. Вот показалась скальная громада с четырьмя огромными гротами, испещрёнными криптами, как берег ласточкиными гнёздами, издали напоминая нос огромного корабля. Это монастырь Качи-кальон, само название обители трактуют как «крестовый карабль». Долгое время учёные не могли понять что это, - феодальный комплекс, монастырь или укреплённое поселение. На самом деле и то, и другое, и третье, только в разное время. Поначалу это было укреплённое поселение, возникшее около V-VI вв. на бойком перекрёстке торговых дорог в Качинской долине. О специализации хозяйства поселения свидетельствуют многочисленные тарапаны-виноградодавильни в криптах и на склонах плато.

Их известно около 120, в них можно было одновременно перерабатывать до 250 т винограда, ягод и других фруктов. В полукилометре к западу от Качи-кальона производилась керамическая тара – амфоры, фляги, пифосы, кувшины.

В VIII-IX вв. сюда начинают прибывать первые монахи и в 4-м гроте у источника Св. Анастасии возникает киновия, выросшая к XIV-XV вв. В самый крупный монастырь Таврики, специализировавшийся на производстве вина и снабжавший им не одну феодальную усадьбу, а также экспортировавший «слёзы солнца» на Русь. Чуть раньше этого времени, в X-XI вв., на том берегу напротив монастыря на скале Бурун-кая возникает феодальный замок, которому подчинялось поселение, находившееся под горой ещё с VI в. Сейчас здесь расположен посёлок Баштановка. Таким образом, ко времени татарского завоевания здесь уже был достаточно развитый феодальный комплекс с монастырём и поселением ремесленников.

С дороги мы свернули влево и пошли по тропинке, ведущей к полукруглой апсиде выдолбленной в огромном скальном обломке, - это всё, что осталось от скита Св. Анастасии, обновлённого архиепископом Иннокентием в середине XIX века. Поставив свечи и помолившись, двинулись по тропе круто вверх на поиски ночного приюта. Время было уже вечернее, а нужно было ещё обустроить ночлег, найти дрова, приготовить еду на костре и поужинать. Крипт на склоне было в изобилии, поэтому было из чего выбрать. Выбор пал на несколько смежных помещений, выдолбленных у подножия огромной скалы, расположенной примерно посредине между дорогой и верхней кромкой массива. Дрова искали, готовили и ели уже по тёмному, не обошлось и без прекрасного сухого крымского вина. Совершив преломление хлебов, долго ещё сидели у костра, делясь впечатлениями об увиденном, а потом все сидели молча, каждый думал о вечном. Спалось после перехода великолепно, только ночью пронзительно кричала птица, как сказала москвичка Валентина, - это неприкаянная душа, блуждающая по Качинской долине.

11 сентября, воскресенье, день второй. Красный диск высветил в розовом свете окрестные скалы, внизу мелодично журчала Кача, впереди ещё один неизведанный переход, вновь открытия и откровения. Проснулись все ни свет, ни заря, развели костёр, попили чаю и отправились на прогулку в 4-й грот. Вообще-то, прогулка, это мягко сказано, на самом деле пришлось взбираться по тропе вверх, а после карабкаться по очень крутому скальному склону, по пути осматривая встречающиеся крипты. В одной из них обнаружили великолепно сохранившийся тарапан, хоть прямо сейчас бери, да дави виноград. Вот и священная черешня, растущая у святого источника Анастасии, и наклонившая огромные ветви по склону вниз. Наконец-то добрались!

Грот нависал над нами скальной громадой, кажется, вот-вот обрушится. Источник бил из скалы, наполняя глубокую рукотворную ванну, а над ним был высечен в скале крест, не исключено, что здесь совершалось некогда таинство крещения. Компанию нам составила экскурсионная группа, прибывшая с Севастополя. Тропинка под скальным навесом вела мимо крипт на запад, здесь они были в несколько ярусов, нижний выходил на красивую горизонтальную площадку, поросшую свежей травой. Чуть ниже виднелись остатки монастырских крепостных стен и разбросанные каменные надгробия, здесь монахи оканчивали свой земной жизненный путь. К своему убежищу шли уже другой тропой. На скорую руку перекусив, стали собираться, потом немного полежали, настраиваясь на долгий и трудный переход. По крипте потянулся душистый дымок, это Юра Ткаченко смаковал трубку, - ему так лучше думалось, да и нам тоже.


Спустились легко, быстро пересекли поле и по железному мостику речку. Потом шли через фруктовый сад, пока не набрели на заброшенный одинокий дом, а неподалёку родник, где и пополнили запасы воды. Тропа уводила в балку разбойника Алима и терялась в зарослях. Чуть левее от нас остался некрополь-кладбище древних тавров с каменными ящиками-дольменами. И тут мы окончательно потеряли тропу, было решено продираться вверх через заросли пока не выйдем под скальную шапку. Так и поступили, а когда вышли, то двинулись вдоль неё к тальвегу ущелья. Слева внизу остался грот – стоянка древнего человека эпохи мезолита (VIII-VI тыс. до н.э.) – Алимов навес. Вконец измотанные, мы всё же выползли из балки на плато. Сверху она просматривалась хорошо, виднелись также скальные шапки городищ Кыз- и Тепе-кермена, которые остались позади. А дальше опять азимут и по натоптанной тропе сквозь густые заросли шибляка, совершенно не видя дальше своего носа, продолжили путь. Что называется, - «иду по приборам». И «приборы» не подвели, вскоре вышли на открытую местность с главным ориентиром – скалой «Кубышка». Здесь и сделали привал на обед напротив причудливых скал-сфинксов – «Маркс, Энгельс и Ленин» у пос. Белокаменное.

Через час ходу по грунтовке после привала мы шли уже по живописной стерне пшеничного поля, над которым возвышалась «Кубышка». Пересекающихся дорог здесь было в изобилии, главное - угадать нужную. И не угадали. Хорошо, что метров через 300 встретили егерей, они нас и направили по правильному пути. А нашим ребятам, которые здесь были в феврале, пришлось вообще не сладко. Уйдя не в ту тропу, они вышли к обрыву скального баира над Змеиной балкой. Спускаться в неё тогда пришлось на верёвках по пятнадцатиметровой вертикальной скале. На этот раз мы спускались в мрачную Змеиную балку (названьице обнадёживающее) по хорошей тропе. Дело клонилось к вечеру, и мы буквально по ней летели, благо, что тропа была утоптана и некрута. Она нас вывела в долину реки Бельбек. Именно по этой реке проходила северная граница «Страны Дори», а впоследствии греческого княжества Феодоро, возникшего на месте Мангупского ещё в XIV в., со столицей на одноимённой горе. Это был последний осколок Византии, после того, как Константинополь был захвачен османами в 1453 г. Князья Феодоро имели родство с Комнинами и Палеологами - императорами великой империи. Они наследовали византийский герб – двуглавого орла, который потом отсюда перешёл в Великое княжество Московское, вместе с племянницей последнего императора Константина VII – Софьей Палеолог.

Впереди виднелся створ трёх скал с ущельями между ними, а ниже посёлок Малое Садовое, туда и лежал наш путь. Бельбек форсировали уже в сумерках, в колонке набрали воды и двинулись по Кизиловому ущелью вверх уже в полной темноте. В феодоритский форпост Сюйреньскую крепость, расположенную на скале Куле-бурун, уже не успевали. Решено было свернуть в соседнее ущелье Хор-хор и заночевать в пещерном монастыре Челтер-коба, приютившемуся у скалы Ай-Тодор. Тишину оглушил лай монастырского стража, тут же распахнулась дверь деревянной кельи и нам на встречу вышел монах с фонариком на лбу. Звали его отец Даниил, он тут был единственным монахом, в помощи у него был послушник, которого монах отпустил «в увольнение» на выходные. Учитывая то, что с нами было четверо женщин, в криптах мужского монастыря ночевать было нельзя, отец Даниил, поделившись своими дровами, провёл нас чуть дальше под скальный навес, недалеко от источника, освящённого накануне нашего прихода. Там прямо под скалой мы и оборудовали наш бивак. Несмотря на столь поздний час, монах разделил с нами трапезу и мы пообщались на духовные темы. Он растворился в темноте, и сон нас накрыл приятной волной.

12 сентября, понедельник, день третий. Утром всех разбудила предрассветная прохлада, - солнце сюда вообще не попадает. Все пошли принимать омовения в святом источнике, бившем из грота. После утреннего моциона разогрели гречку, оставшуюся с вечера и потрапезничали. Отец Даниил спозаранку был уже на ногах, поприветствовав, он провёл нас в сам скальный храм, расположенный в естественном гроте. И вновь свечи и утренняя хвала Всевышнему за новый день. Монастырь этот, судя по названию скалы, носил имя Святого Феодора, вот только не совсем ясно, какого именно, - Феодора Тирона (IV в.), Феодора Студита (VIII в.) или Феодора Гавраса Стратилата (XI в.). К X-XI вв. он, скорее всего, входил в единый феодальный комплекс вместе с Сюйреньской крепостью на соседней скале, куда мы сейчас направлялись. На сегодняшний день четыре из шести пещерных монастырей заселены монахами, некоторые с августа 2003 года, и охраняются казаками.

Вещи мы оставили в монастыре и по Кизиловому ущелью, вкушая по пути ягоды, стали подниматься к крепости. Вот мы и на верху, в скале просматриваются колеи от телег, которые приводят к красивой башне. Это и есть Сюйреньская крепость, условно относящаяся к пещерным цитаделям-поселениям, так как крипт здесь почти нет. О ней упоминает в своём труде в 1787 г. немецкий историк Тунманн, называя её Schuren или Schiuarin. По словам другого путешественника, - Маркова, там «…двухэтажная башня со стеною, с воротами, со следами византийской живописи на стенах, отрезает мыс скалы, подобно Мангупскому замку». Он также полагал, что в 1736 г. эта крепость была сильно разрушена Минихом во время Крымского похода. От живописи, сегодня почти ничего не осталось, а стены, отходящие в две стороны от башни, и до сих пор отрезают скальный мыс. От самой башни осталась только половина, как будто кто-то её разрезал по вертикали. Вокруг виднелись руины построек, а перед нами открывалась захватывающая панорама куэстовых волн «Сорокоградья».
 
В этот день у нашего сталкера был юбилей, и все с удовольствием его здесь поздравили и подняли чаши с вином за его здоровье, любуясь окрестными пейзажами. На самой оконечности скалы можно было рассмотреть на камне два лика, изображенные рукой средневекового иконописца. Отсюда открывался великолепный вид на каньон речки Бельбек, зубчатые скалы Змеиной балки. А на противоположной скале за речкой в вертикальном склоне зияла пещера Алтын-тешик – «Золотая Колыбель»; легенда гласит, что якобы во время вторжения кочевников, в ней была спрятана Золотая колыбель с сокровищами татов, как называли крымские татары горское христианское население Таврики. Как бы там ни было, а чтоб до пещеры добраться необходимо хорошее снаряжение и альпинистская подготовка.


Когда мы спустились в монастырь, оказалось, что у нас не один именинник, - именины были и у монаха – день памяти святого князя Даниила Московского, а также по церковному календарю это был ещё и день Александра Невского. Сборы были недолгими, мы попили чаю, набрали во фляги святой воды, попрощались с отцом Даниилом, гостеприимно приютившим нас в своей обители, и направились вниз.

Автобус нас как-то незаметно перебросил в Севастополь, а оттуда все решили ехать в Ялту продолжать праздновать. Всем думалось о своём. Только в конце похода мы узнали, что Ирина, дочь Вали из Москвы была в походе впервые, так как за всё время не произнесла ни звука, несмотря на все трудности, - настоящий некрасовский образ. Автобус нас уносил всё дальше на Южный берег, а мыслями мы все остались там – в пещерных обителях Таврики.


Андрей Осташко                                                       г. Киев, 3 июнь 2006 г.

 

Комментарии

Комментарии
Добавить новый
+/-
Оставить комментарий
Имя:
Email:
 
Веб-сайт:
Тема:
UBB-Код:
[b] [i] [u] [url] [quote] [code] [img] 
 
 
:D:):(:0:shock::confused:8):lol::x:P:oops::cry:
:evil::twisted::roll::wink::!::?::idea::arrow:
 
Пожалуйста, введите проверочный код, который Вы видите на картинке.
Русская редакция: www.freedom-ru.net & www.joobb.ru

3.26 Copyright (C) 2008 Compojoom.com / Copyright (C) 2007 Alain Georgette / Copyright (C) 2006 Frantisek Hliva. All rights reserved."

AddThis Social Bookmark Button

orellt

Календарь

2017
Сентябрь
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

А Н О Н С

ost111

Эзотерические экскурсии и
туры с тренингами от автора книги
«В погоне за Шамбалой»,
гида-переводчика,
экскурсовода
Андрея Осташко